Mikhail_Vasilievsky - stepan peregonchuk photography

Дядя Миша

«Сударь, вижу интересуетесь местными двориками. А хотите- покажу интересные места поблизости?» Понравилось старое питерское обращение «сударь», более полновесное чем затасканное «молодой человек». На полуразрушенном поребрике неухоженного двора, в проеме апрельского солнца одиноко сидел с бутылкой пива и сигаретой немолодой обитатель здешних мест. Минутой ранее я хотел незаметно его сфотографировать- колоритная фигура привлекла внимание. «Это мои родные места, здесь я вырос, много знаю – да и время есть». Трудно было отказаться от такого предложения- мне нравилось гулять по Васильевскому, есть там своя магия - тут же согласился на спонтанную экскурсию. И не пожалел…

Наша прогулка с Михаилом (так представился незнакомец) началась в парадных и двориках 15 линии. Много интересного узнал о доходных домах дореволюционного времени, быте и особенностях жизни постояльцев. Кое-где все же сохранились старые барельефы над парадными дверями, дубовые прихожие, широкие марши парадных лестниц, облицовочная плитка, конторки привратников. Средняя квартира в 5-6 комнат с подсобными помещениями и площадью 120 кв.м. была по карману не всем желающим.

Во внутренних дворах жила менее состоятельная публика - там снимал квартиру прадед Михаила, он работал приказчиком у барона Врангеля. На некоторых стенах зданий двориков по всей высоте сохранились небольшие отверстия. Оказывается - для воздухообмена холодильных камер, встроенных в виде вертикальных дубовых коробов с полками. Там хранилась разная снедь. Выход с черной лестницы - обязательно двухстворчатая дверь для удобства работы прислуги, проноса дров и проч.

На противоположной 14 линии непрерывный строй парадных прерывается в трех местах. Много раз проходил мимо, но не задумывался что это – метки войны, туда попали немецкие бомбы. Где-то проплешины застроены новыми зданиями и флигелями, где-то остались как открытые дворики.

Далее – путь к речке Смоленке, мимо двухэтажного здания у Камской улицы. Ранее это был детский сад, построенный немецким промышленником для семей рабочих. У Михаила с этим местом связано много детских воспоминаний. В настоящее время – это Музей Кукол.

В Смоленке в голодные годы бабушка начерпывала много мелкой рыбешки – колюшки, кормила семью. Здесь же, у набережной, Камском скверике местная ребятня коротала время. В прошлые времена он назывался также Черным сквером- то ли по бывшему названию Смоленки, то ли из-за темных историй.

Сквозь облупившуюся штукатурку торца здания, где когда-то жил священник, проступают образцы старой кирпичной кладки.

Михаил легко, с шутками знакомится с незнакомой публикой – молодежь празднует начало теплого сезона традиционными шашлыками. В его манерах сквозит уверенность и открытость местного завсегдатая, проходящего свои владения. При этом подкупает питерская корректность и непринужденно находятся темы общения. Выяснилось, что Михаил проработал более 20 лет на различных судах Балтийского Морского Пароходства, а  среди молодежи – тоже моряки, повод поделиться воспоминаниями.

Иногда Михаил сетует на время: раньше мол и Смоленка была полноводней и чище, рыбы было больше, ловили с настилов на дубовых сваях, стояли лодки, катера, да и жечь костры на набережной было просто непринято.

Краткое посещение  Чухонской деревни - с живописными двориками вдоль Камской улицы.

Михаил предложил пройти на лютеранское кладбище, всего-то 5 мин ходьбы, там могила одного из предков по материнской линии. Уже вечерело, посетителей не было, поразил контраст новых вымощенных дорожек и следов запущенности: скульптуры повреждены, склепы разрушены, ограды сломаны.  Заметна немецкая обстоятельность - надписи с полным указанием должностей и академических званий.

Но Михаил привел к обелиску на могиле 4-х и 5-летних детей, погибших при обстреле 9 мая 1942 г. Даты, совпадения…

Историческая тема захватила разговор и Михаил настоятельно рекомендовал посетить  и Смоленское кладбище рядом - собирался показать нечто интересное. У нововыстроенной Воскресенской церкви он поведал истории о массовых репрессиях "Кировского потока" 1935 г. Его бабушку привлекали отмывать кровь ранними утрами после расстрелов у северной части тогда снесенной церкви. Туда и по сей день приносят цветы.

Обходными путями мы все же проникли на уже закрытое кладбище. Показал знаменитый масонский символ - всевидящее око, но могилу с уникальной надписью «Невинно убиенный классовым врагом» так и не нашел. Зато уверенно привел в дальний конец кладбища к братской могиле юнкеров, расстрелянных 12 ноября 1917г. Знаки времени…

Заметно потемнело и мы пошли по направлению к метро Приморская, по-пионерски преодолев кладбищенскую ограду. С моста Смоленки открылся вид на залив с туманным закатом. Нахлынули воспоминания о высоких плавнях на месте Приморской, молодежных тусовках у «домов на ножках» на Новосмоленской набережной, памятных событиях и встречах в этом районе. Михаил проводил меня к метро.

Три часа пролетели незаметно – истории, воспоминания, штрихи ускользающего времени. Его величество случай приоткрыл на короткое время завесу другой жизни, связанной поколениями с Васильевским островом и непростой историей страны.

Я поблагодарил за незабываемую прогулку в теплый апрельский субботний день. Михаил улыбнулся грустно, для него это тоже памятный день - годовщина смерти сына, он остался один…

Powered by SmugMug Log In